Архив
24августа
январяфевралямартаапрелямаяиюняиюляавгустасентябряоктябряноябрядекабря
2019
201920182017201620152014201320122011201020092008
ПнВтСрЧтПтСбВс
Перейти
Прочтений: 8834В Томске

Конфеты, кухарки и 12 коробочек сардин

Месяц из жизни томичек на рубеже XIX-XX веков

Конфеты, кухарки и 12 коробочек сардин
иллюстрации к материалу взяты из открытых источников

Сегодня трудно представить, как жили томские женщины, чем занимались, чему радовались на пороге XX века. Понятно, что век, который начался в понедельник (а 1 января 1901 года пришлось именно на этот день недели) ничего хорошего привнести в размеренную жизнь провинции не мог. Но, может быть, окончание века XIX отличалось какой-то особой таинственностью, авантюризмом и неожиданными поворотами в судьбах сибирских дам?

Попробуем воссоздать картину жизни в Томске в декабре 1900 года через женские истории и судьбы. И поможет нам в этом газета «Сибирская жизнь», выходившая ежедневно (кроме дней после праздников) и сохранившая на своих страницах удивительную атмосферу прошедших времен.

Женщины и благотворительность

Немного было возможностей у томских женщин проявить себя в общественной жизни Томской губернии конца XIX века. В науку и государственные службы дамам был путь заказан. В руководстве образовательных учреждений, городских служб и управлений служили исключительно мужчины. Имя женщины могло появиться на страницах губернской газеты лишь в исключительных случаях, например, если ее деятельность была связана с благотворительностью и попечительством.

Супруга томского губернатора княгиня Елизавета Александровна Вяземская была попечительницей томского Мариинского детского приюта.

Несмотря на свой солидный возраст, а ей в то время уже минул 61 год, она активно занималась вопросами содержания приюта и ремонта его зданий. Княгиней Вяземской был организован сбор пожертвований и вещей с целью проведения лотереи и выручки средств на содержание маленьких воспитанниц этого заведения. Особое внимание Елизаветы Александровны к судьбе девочек-сирот, а в приют принимали только девочек 6-7 лет оставшихся без родителей, возможно связано с тем, что единственная дочь княгини — Александра — умерла от болезни в детском возрасте.

В преддверии Рождественских и Новогодних праздников княгиня Вяземская вместе с мужем Сергеем Александровичем посещала детские учреждения города с целью контроля их деятельности и определения первоочередных нужд. Она так же принимала участие в организации праздников и елок для воспитанников, о чем регулярно сообщала «Сибирская жизнь» на своих страницах в декабре 1900 года.

К сожалению, в архивных материалах не нашлось фотографии жены губернатора, но пожелтевшие страницы губернской прессы сохранили для потомков напоминание о ней и ее делах.

Но не только княгиня Вяземская уделяла внимание обездоленным и нуждающимся согражданам. Удивительно трогательное письмо детям богатых родителей написала в канун Рождества Наталья Александровна Тихонравова, в тот период (с 1898 по 1900 год) заведующая зимней площадкой для детей дошкольного возраста при Обществе содействия физическому развитию в Томске.


Рождественская открытка конца XIX века.

Письмо было опубликовано в № 276 «Сибирской жизни» от 21 декабря 1900 года. В своем послании Наталья Александровна пишет: «Помните, дети, которым устраивают елку, что в то время, как вы с восторгом кружитесь на вашем веселом празднике, быть может, припав к замерзшему окну, с завистью смотрит на вас дрожащий от холода ребенок, которому никто не подумает устроить елку, который не имеет теплого угла, который живет впроголодь, который никогда не видал привета и ласки. Вспомните это, дети, и помогите, чем можете!»

В конце письма Тихонравова сообщает, что елка для бедных ребятишек будет устроена на второй день праздника, и она надеется на помощь детей из состоятельных семей и их родителей, которые могут помочь «платьем, съестными припасами, деньгами, конфектами, игрушками и т.д.».

А в это время «Русские Ведомости» сообщают, что 21 ноября министром юстиции опубликованы правила допущения женщин на службу во все без изъятия коллегиальные единоличные учреждения министерства. Женщинам могут поручаться все работы, ныне исполняемые лицами, получающими содержание из канцелярских сумм. Желающие поступить на службу представляют свидетельство об образовании, и рекомендацию о благонадежности и поведении. При соискании преимущество отдается высшему образовательному цензу, предпочтение имеют вдовы, дочери, сестры и жены служащих или служивших по министерству юстиции.

Относительно вероисповедания и национальности соблюдаются для женщин правила, действующие для мужчин В каждом отдельном учреждении число женщин не должно превышать половины нештатных служащих; женщины должны заниматься, по возможности, в отдельных помещениях» («Сибирская жизнь» № 262 от 3 декабря 1900 года, рубрика «Вести и факты»).

Ищите женщину — найдите женщину!

Cherchez la femme (ищите женщину)…

Среди большого количества газетных объявлений о предлагаемых услугах, вакансиях и поиске работы в декабре 1900 года «женские» варианты не отличаются обширным разнообразием.

Какие женские профессии были особенно востребованы в Томске в конце XIX века? Забавно и удивительно, что самой востребованной являлась профессия «трезвой кухарки умеющей готовить» или «стряпки» с рекомендацией.

Объявлений о потребности в кухарках так много, что возникает подозрение о каком-то патологическом неумении готовить среди горожан. На втором месте по востребованности профессия горничной, «трезвой, некурящей прислуги», «благородной женщины для наблюдения за хозяйством», девушки для комнатных услуг или девочки для поручений. Третьими в этом списке будут бонны, няни, гувернантки, «образованные особы для воспитания». Редко требуются прачки, видимо потому, что в это время в Томске уже работала «Парижская прачечная», которая не только предоставляла услуги по стирке белья, но и осуществляла химическую чистку мужских и женских костюмов, ротонд, жакетов, шерстяных и шелковых материй, кружев, занавесей и перчаток.

В какой доли искали для себя сами томички в профессиональном плане? Все те же горничные, бонны, кухарки и кормилицы, швеи в модных мастерских, учительницы танцев, рукоделий и иностранных языков в домах богатых томичей, кассирши, продавщицы, помощницы для письменных занятий.

Поскольку вариантов для честного заработка было совсем немного, особенно для неимущих крестьянок, обедневших мещанок и «недостаточных» гимназисток, в обществе, увы, было распространено такое явление, как проституция.

Практически в каждом номере «Сибирской жизни» в рубрике «Томская хроника» сообщалось о составлении протоколов на дам, занимающихся этой нелегальной деятельностью. Так, в декабре таких женщин «с протоколом» оказалось аж 40 человек.

А «В Нижнем Новгороде состоялось открытие вновь учрежденного общества защиты женщин, главной целью которого является желание оказать нравственную и материальную поддержку женщинам, впавшим в нищету и разврат. Устройство приютов для несчастных женщин, приискание им мест, устройство дешевых квартир и т.д. — вот программа деятельности нового нижегородского общества.

Каждый год на Нижегородскую ярмарку «хозяйки» привозят неопытных девушек, которые попадают в ярмарочные притоны…» («Сибирская жизнь» № 262 за 3 декабря 1900 года, рубрика «Вести и факты»).

Шокирует, но не удивляет и тот факт, что в этот же период в городе обычное явление — подкидыш на крыльце или объявление в газете о желании отдать новорожденного «в дети». За декабрь месяц в городе оказались брошенными 14 детей, и это только то, что зафиксировано протоколами околоточных надзирателей, на чьих территориях были найдены младенцы, или опубликовано в газете в качестве объявления.

Некоторые младенцы оставлялись с записками о крещении и полученном имени, многие подкидыши были безымянны. Казалось бы, судьба таких детей должна быть трагичной. Но! В Томске жили удивительные люди в конце XIX века — очень многие подкидыши были оставлены на воспитание в семьях тех мещан, на крыльце у которых бросила ребенка мать-кукушка. Без службы опеки, без сбора справок и документов. По принципу «Бог дал».

Маленькие трагедии

Существовавшее в ту пору неравенство в правах и свободах между мужчинами и женщинами постоянно становилось причиной «женских» трагедий, о чем рассказывала горожанам газета «Сибирская жизнь» с завидной регулярностью. Вот и декабрь не стал исключением из правил, несмотря на приближающееся Рождество и начало нового века.

Так, в газете от 6 декабря рассказывается жуткая история об истязании девочки, о котором в полиции узнали из поступившей анонимки. В ней говорилось о постоянном избиении 14 летней Прасковьи, проживающей в доме своего дяди крестьянина Петра Петлина по адресу Солдатская 3 улица, дом 59. Девочка эта, круглая сирота, взята была Петлиным к себе на воспитание в 1895 году. По свидетельствам очевидцев, Петлин сильно придирался к опекаемой им племяннице, ища предлога, за что бы ему можно было наказать ее.

«Никакие просьбы жильцов не бить девочку не помогали, а только Петлин после того еще хуже приходил в остервенение и бил племянницу до тех пор, пока она не вырывалась и не убегала под защиту соседей. Как тяжело было жить племяннице у своего дяди, видно из того, что она покушалась отравиться уксусной эссенцией», — говорилось в анонимном письме.

Дознание, проведенное помощником пристава г-ом Рожевским, показало, что «Петлин, будучи часто пьяным, бил как жену свою, так и племянницу, которая должна была искать защиту у посторонних. По их словам, Петлин характера буйного и сильно предается пьянству». На период проведения разбирательств по делу Прасковью поместили в полицейский участок № 1. О дальнейшей ее судьбе ничего не известно.

А вот другой вопиющий случай. В 272 номере газеты рассказывается о конфузе, приключившемся на спектакле в Народной бесплатной библиотеке: «Служащий в управлении Сибирской железной дороги Никифор Иванов, находясь на спектакле, в присутствии публики произвел дикую расправу со своей женой». Полицией на дебошира был составлен протокол «за нарушение тишины и спокойствия в публичном месте». О судьбе жены не сообщается.

И это еще не все. 17 декабря газета на своих страницах рассказала о том, что участились случаи приставания к девушкам на улицах города.

«Наши «уличные ловеласы», — пишет газета, — за свою страсть к рыцарским подвигам, в виде нападения на беззащитных девушек с предложением своих любезных услуг «проводить до дому» стали попадать не только в полицейские каталажки, но и на скамью подсудимых. Так, 13 декабря, в камере мирового судьи V участка двое таких господ, именно некие Шубин и Еремин, служащие билетерами в театре, обвинялись в том, что приставали к одной девушке Ю., шедшей по Бочановской 4 улице часов в 7-8 вечера, ловили ее за руки, ругали и силой заставляли ее идти за собой. Это приставание продолжалось до тех пор, пока подошедший на крики девушки городовой так же не предложил им последовать за ним. Когда уличные «дон-жуаны» были доставлены в участок, то там заявили что Ю. их знакомая, а потому они имели право к ней приставать».

Судья не одобрил действий подсудимых и присудил их к денежному штрафу по 16 рублей каждого, с заменой в случае несостоятельности, трехдневным арестом.

А в это время…

В театре Королева прошла премьера драмы Шпажинского «Предел». Классический любовный треугольник: бывший гвардеец, кутила и сердцеед Хмелевский, нотариус Кропотов и его жена — «женщина страстного необузданного темперамента, нечуждая высших стремлений и потому тяготящаяся совместною жизнью с нелюбимым, недалеким по уму, но честным и пунктуальным до приторности мужем». Вспыхнувшая между Хмелевским и г-жой Кропотовой страсть приводит к дуэли между мужчинами. В последний момент Хмелевский отказывается стреляться и Кропотов в гневе убивает соперника.

«В результате три разбитых жизни: Хмелевский умер, Кропотова, убитая смертью любовника, окончательно порывает с мужем и уходит от него неизвестно куда; сам Кропотов, перейдя положенный для него «предел», т.е. совершив убийство, мучится и потерей жены и угрызениями совести» («Сибирская жизнь» № 269 за 13 декабря 1900 года, рубрика «Театр и музыка»).

Куда молодушке податься?

И раз уж речь зашла о театре, то мы не можем обойти тему отдыха и развлечений для женщин в том далеком году.

Надо сказать, что культурная жизнь губернской столицы была насыщенна и разнообразна. Так, еженедельный распорядок работы томского Общественного собрания выглядел следующим образом: по воскресеньям — маскарады, по понедельникам — концерты и по четвергам — спектакли. Кроме того, в Общественном собрании проводили свои танцевальные вечера различные общества и благотворительные организации, а так же горожанам предлагалось скоротать вечер за карточным столом (денежный сбор с этих игр шел на улучшение библиотеки Общественного собрания).

Существовавшее в городе томское драматическое общество регулярно устраивало спектакли в Народной бесплатной библиотеке, а Томское отделение Императорского Российского музыкального общества, кстати, образованное женщиной, Елизаветой Алексеевной Дмитриевой-Мамоновой, радовало томичей симфоническими концертами в исполнении учащихся музыкальных классов. Азартные женщины могли реализовать свои интересы на бегах Томского ипподрома, которые проходили по воскресеньям в час дня, а женщины, склонные к чтению, с удовольствием посещали вместе с детьми устраиваемые в бесплатной библиотеке «Народные чтения».

Особое место в жизни томской культуры занимал театр Королёва, построенный купцом Евграфом Ивановичем Королёвым в 1884 году. Спектакли шли в нем практически каждый вечер, а в декабре репертуар театра пополнили несколько бенефисов ведущих актеров и актрис.

Среди бенефицианток декабря оказалась и любимая томичами актриса театра Евдокия Васильевна Горская, которая отметила 25-летие своей артистической деятельности. Газета «Сибирская жизнь» посвящает ей специальный материал с указанием этапов ее творческого пути («Сибирская жизнь» № 281 от 29 декабря 1900 года).

Но не только театр и танцы радовали дам в конце XIX столетия. Существовали и традиционные женские радости.

Все, что красавице надо…

Магазины зазывали томичек на рождественские распродажи. Ассортимент товаров был настолько широк и разнообразен, что позавидовать ему может любой современный гипермаркет.

Модные магазины, «вкусные» магазины и магазины, торгующие косметикой и парфюмерией, ежедневно открывали свои двери для прекрасных дам. «Сибирская жизнь» с завидным постоянством сообщала:

«В магазины В.А. Голдобина только что получена в громадном выборе изящная модная обувь, заказанная по последним номерам модных журналов. Все товары заказываются исключительно лучшим петербургским, варшавским и другим фабрикантам и имеют клеймо с фирмой магазина».

А в магазине дамских шляп М.Л. Драпкиной «по случаю скопления зимнего товара: шапки, шляпы, папахи и прочий товар продается по самым умеренным ценам». В магазинах П.И. Макушина дамам предлагали приобрести подарки к Рождеству и Новому году от дамских отрывных календарей на 1901 год и книг до пианино и роялей лучших европейских марок. Там же поступили в продажу «открытые письма» с видами города Томска.

Для сладкоежек в городе работали несколько кондитерских магазинов. Особой популярностью пользовались «С.-петербургская специально-кондитерская» и «Кондитерская Бронислава» на Магистратской улице («Сибирская жизнь № 271 от 15 декабря 1900 года).

О некоторых сладостях, предлагаемых кондитерскими, мы не имеем никакого представления. К примеру, алдеич — это особый род торта из муки и крахмала с добавлением большого количества яиц (15 штук), сахара и сливочного масла. Думаю, мало, кто сегодня может похвастаться тем, что знает его вкус. Или микадо петифур — торт микадо в виде пирожных. А струцель — слоеный пирог с медом и орехами.

Фармацевты рекомендовали дамам самые передовые средства ухода за волосами того времени: «бальзам «Волосород Лемерсье» — средство для ращения волос и укрепления корней оных» и краска для волос «Прима-индиан» С.-Петербургской техно-химической лаборатории» которая «быстро, прочно и натурально окрашивает волосы в черный, темно-русый и русый цвета». А разве пройдешь мимо такого объявления: «Все дамы лучшего общества употребляют для лица химически чистую гигиеническую пудру товарищества «Гигиена» — совершенно безвредна, прекрасно и незаметно пристает, придает коже приятную нежность и белизну»?

Провизор Г.Ф. Юргенс предлагал прекрасным женщинам пользоваться гигиеническим борно-тимоловым мылом его изготовления, которое обязательно поможет «против загара, веснушек, прыщей, желтых пятен и излишней потливости». Товарищество «Брокар и Кo» представляет милым дамам парфюмерию «Водяная лилия», а для особо утонченных женщин из столицы по первому требованию доставят средства для ухода за головой EXTRAIT VEGETAL с ароматами лесной фиалки, розы, иксора, иланг-иланга, ландыша, французской сирени, белого гелиотропа и опопонакса.

Хулиганствующие особы

В заключение хотелось бы заметить, что далеко не все представительницы женской половины общества города Томска были благопристойны и беззащитны. Случались среди них и хулиганствующие особы.

Так, в разделе «Томская хроника» от 9 декабря 1900 года упоминается мещанка Тихомирова, которая будучи в пьяном виде нарушала тишину и спокойствие граждан. В тот же день мещанка Вера Васильева, устроила пьяный дебош в бане Брик, по Бульварной улице 5. А работающая прислугой у мещанина Скворцова Анна Битковская ограбила 12 декабря своего хозяина, пока он спал. Украденную сумму в 56 рублей (на которую, кстати, можно было приобрести самый модный в Томске граммофон) воровка закопала в снег. Однако была поймана с поличным при извлечении денег из сугроба. Завершает наш хит-парад хулиганок конца 1900 года мещанка Анисия Нелюбина, которая 18 декабря в магазине Сиразитдинова похитила 12 коробочек сардин на сумму 13 рублей 20 копеек, но была замечена кассиршей и задержана. И это была последняя томская хулиганка в XIX веке, судя по материалам газеты «Сибирская жизнь».

Следите за нашим Instagram, чтобы не пропускать самое интересное
Новости СМИ, 18+
Нашли опечатку — Ctrl+Enter

Редакция новостей: (3822) 902-904

×
Страница:
Ошибка:
Комментарий:
Сообщение отправлено. Спасибо за участие!
×